top of page

Рубрика «Преступный ум»: Тюрьма, из которой сбежал Джек

В рубрике рассказываем о хитроумных мошенниках, интеллектуальных преступниках и интересных криминальных (почти детективных) исторических сюжетах.

Первый герой рубрики – Джек Шеппард, не путать с вымышленным персонажем популярнейшего в своё время сериала Lost («Потерянные»). Речь пойдёт о преступнике, который совершил хитроумные побеги из самой мрачной темницы Лондона «НьюГейт», а до этого еще парочку раз из других темниц.

История Шеппарда стала своего рода символом протеста против оков и угнетения. Великим лондонским героем Шеппард стал не только для бедняков. Дерзкий и ловкий, он привлёк внимание и интеллектуалов той эпохи: художников и писателей. Но об этом чуть позже. Начнём с того, кем был Джек Шеппард, и за что его заключили в Ньюгейтскую тюрьму, которую считали самой настоящей преисподней.

Знакомьтесь, Джек Шеппард!

Только представьте, в отчете Комиссии по вопросам детского трудоустройства от 1840 года отмечается, что лондонские дети из бедных семей, никогда не слышавшие ни о Моисее, ни о королеве Виктории, «в общем и целом знакомы с биографией и событиями из жизни разбойника Дика Терпина и тем более Джека Шепарда – грабителя, не раз бежавшего из тюрьмы». Кем же он был?

А был Джек Шеппард обычным бедняком. Он родился на Уайтс-роу, Спитал-филдс, весной 1702 года. В возрасте 15 лет его отправили в Бишопсгейтский работный дом – построенный, как и Ньюгейт, на окраине Лондона, где он стал учеником плотника с Уич-стрит. Там он проработал шесть лет, а потом – сбежал, хотя до срока его обучения оставалось всего девять месяцев. Сбежал, чтобы стать профессиональным вором.

В 22 года его впервые посадили в тюрьму – в Сент-Джайлс-Раунд-хаус. Но не прошло и трёх часов, как он взломал крышу и спустился на землю с помощью простыни и одеяла. Затем он «смешался с толпой» и ускользнул по переулкам Сент-Джайлского прихода.

На свободе Джек прогулял недолго. Через несколько недель его арестовали за карманную кражу и отправили в Новую тюрьму в Кларкенуэлле. Там его посадили в «Ньюгейтскую камеру», причем заковали в тяжелые цепи и кандалы. Но…Джек снова всех удивил. Он избавился от оков и каким-то образом перепилил железный прут, а затем дубовый брус около 9 дюймов (почти 23 см) толщиной. Впоследствии распиленные цепи и брусья сохранило тюремное начальство ради «свидетельства и памяти об этом необыкновенном происшествии и удивительном злодее».

Он пробыл на свободе три месяца. Но затем был обнаружен знаменитым преступником и «ловцом воров» Джонатаном Уайлдом (личность, несомненно заслуживающая отдельного материала). На сей раз бегун Шеппард попал в легендарный, кошмарный Ньюгейт.

Джек Шеппард – человек, который бежал, а потом еще бежал

Препроводив в Ньюгейт, Шеппарда приговорили к смертной казни за три ограбления и заключили в камеру для висельников. Но даже в это гиблое место он умудрился протащить железный «шип» и с его помощью принялся расковыривать стену (по другой версии – потолок). Сообщники с другой стороны помогли ему выбраться снаружи через проделанное отверстие.

Так случилось, что это был день Варфоломеевской ярмарки, поэтому Джек легко и непринуждённо затерялся в толпе, которая направлялась на Смитфилд. Шеппард вместе с людьми прошел по Сноу-хилл и Гилтер-стрит, направившись на восток, в свой родной район Спитал-Филдс. Там, в трактире «Голова Павла», он и остановился. Нельзя сказать, что он залёг на дно, так как его видели разные люди. Более того, Джеку не терпелось продолжить своё воровское дело. И через пару дней он попытался ограбить часовую лавку. И сделал это, спровоцировав погоню за собой. Шеппарда поймали.

Репутация беглеца сделала своё дело. Его поместили в отдельную камеру Ньюгейта и «приковали к полу двойными цепями». Все приходили посмотреть на него. Да что там – весь Лондон от мала до велика обсуждал ловкого, дерзкого беглеца Джека. Народ буквально сходил по нему с ума! А Шеппард подливал масла в огонь.

Однажды к нему в камеру пришел священник, чтобы поговорить с ним о душе и спасении. На увещевания священника Шеппард ответил словами: «пряничное рыло», «один напильник стоит всех Библий на свете». А затем добавил: «Да, сэр, я Шеппард, а все тюремщики этого города – моё стадо» (игра слов: shepherd по-английски «пастух»). У него нашли спрятанный напильник, после чего он был переведен в «Каменный замок» на пятый этаж и прикован там к полу. На руках и ногах у него были кандалы. Все эти оковы ежедневно проверялись, и сам Шеппард находился под постоянным наблюдением.

Тем не менее – и это уже действительно граничит с чудом (или с организованной помощью для создания эффекта чуда, кто знает) – он сбежал снова. Каким-то образом ему удалось высвободить руки из наручников и маленьким гвоздем разжать одно из звеньев цепи, сковывающей ноги. После этого он, словно человек-змея с Варфоломеевской ярмарки, выскользнул из своих тяжелых оков. Куском цепи он перепилил брус, загораживающий печную трубу, и поднялся по ней в «Красную комнату», «дверь в которую не отпирали семь лет». Гвоздем он открыл замок за семь минут и выбрался в коридор, ведущий в часовню. Потом с помощью штыря от одной из внутренних решеток открыл еще четыре двери, каждая из которых была заперта и заложена засовом с другой стороны. Открыв последнюю дверь, он очутился вне тюрьмы, над городскими крышами. Тут он вспомнил, что забыл одеяло – оставил его в камере. Тогда он тем же путем, чрез часовню и по трубе, вернулся обратно в «Каменный замок», чтобы забрать его. Затем снова вылез на крышу и по одеялу, приколотому штырем к каменной стене, бесшумно спустился на землю.

Несколько дней после этого Шеппард скрывался, притворяясь то нищим, то мясником – два самых типичных лондонских персонажа, - в то время как на улицах вокруг распевали песенки, прославляющие его славный последний побег. Под видом посыльного он посетил типографа, печатавшего те «Предсмертные речи», которые, как он знал или догадывался, будут сопровождать на эшафот его самого. Он ограбил ростовщика и на добытые деньги купил себе модный костюм и серебряную шпагу. Потом нанял карету и, под влиянием склонности (а она у него точно присутствовала) к театральным эффектам, он проехал под аркой самого Ньюгейта, прежде чем отправиться в тур по окрестным пабам. Его поймали в тот же вечер – через две недели после побега, он был вновь помещен в тюрьму. Наблюдали за ним круглосуточно. Тянуть с судом не стали.

Суд приговорил его к смерти, причем в тот день его «окружала самая многочисленная толпа, какая когда-либо собиралась в Лондоне». Славного малого Джека должны были повесить в течение недели. Судачили, что он сбежит от охраны у Литтл-Тернмилл на Холнборне. Самое интересное, что по дороге до тюрьмы у него отняли перочинный нож, и спастись ему в очередной раз уже не удалось. Говорят, что на казнь «бегуна» Шеппарда пришло посмотреть не менее двухсот человек.

Почему эта история так воодушевила лондонцев?

Можно предположить, что, будучи вечно нуждающимся бедняком, пусть и с поразительной сноровкой, Шеппард был жестоким и бессовестным человеком. Но серия его побегов из Ньюгейта накалила всю атмосферу города. Большинство жителей привела в восторг его отвага.

Вырваться из стен самого наглядного символа подавляющей власти – из «черной тучи» - значило почти что освободиться от всех уз обычного мира. Добавляло вистов и то, что Шеппард обладал чертами классического лондонца. После своих побегов он скрывался под личинами разных мастеровых и был падок на эффектные поступки. Ну вроде того, когда он проехал в карете под воротами «Ньюгейт». Самая настоящая драматургическая находка! Благодаря ей Шеппард стал частью лондонской мифологии, а его свершения воспели в стихах, балладах и пьесах.

А накануне казни в камеру к Шепарду пришел Даниэль Дефо. Он долго с ним беседовал, тем более, что сам автор «Робинзона Крузо» отбывал в Ньюгейте срок и стоял у позорного столба, то есть прекрасно знал, что такое чувство обреченности и желание увидеть небо. Вскоре после встречи с Шеппардом Дефо издал книги «Повествование о всех грабежах, побегах и т. п. Джека Шепарда» и «Историю замечательной жизни Джека Шепарда».+

Кроме этих книг Дефо, через несколько месяцев после казни Джека, о нём вышло в свет еще не менее десятка брошюр. В лондонских театрах ставили пьесы о его жизни, на улицах и в пабах пели баллады о его побегах, в тесных комнатушках при свете тлеющего огарка свечи рассказывали детям об отважном славном Джеке, которому свобода была дороже всего.

При написании материала использована книга Питера Акройда «Лондон. Биография».

Дата редакции: 29.07.2016

bottom of page